
Холодные аппаратные и NFC криптокошельки, которые не переживут смену подписи на постквантовую
Календарь NIST ставит срок старой подписи. Часть холодных NFC-карт физически не сможет поставить новую: чип маленький, прошивка закрыта.
Американский институт стандартов NIST в октябре 2026 года поставил срок трём семействам цифровой подписи: ECDSA, EdDSA и RSA. После 2030 года они считаются устаревшими. После 2035 года их нельзя использовать там, где обязаны соблюдать стандарты NIST. На этих подписях сегодня держатся биткоин, эфир и почти каждый аппаратный кошелёк.
Сеть в ночь на 1 января 2031 года не остановится. Остановится другое: уже купленная холодная карта с маленьким платёжным чипом и заблокированной прошивкой новую подпись не освоит. Производитель не пришлёт обновление на старый пластик. Чип замене не подлежит.
Кто такой NIST и почему его календарь слышно в крипте
NIST, National Institute of Standards and Technology, — федеральный институт США. Он пишет технические стандарты, по которым живут банки, облака, браузеры и аудиторы. Документы серии FIPS и специальные публикации NIST отвечают на вопрос, какой алгоритм ещё допустим, а какой уже нет.
Институт не управляет биткоином и не выпускает обновление для Эфириума. Его вес в другом. Биржа, фонд и кастодиан, которых проверяют по американским или банковским правилам, не могут сказать страховщику «мы ещё подумаем», если стандарт алгоритм уже запретил. Давление приходит не в протокол, а в обвязку вокруг него: холодные хранилища, отчёты аудиторов, требования к ключам.
Документ называется NIST IR 8547, октябрь 2026 года. В нём два разных слова.
«Устаревший» после 2030 года значит: алгоритмом ещё можно пользоваться, но владелец системы сам принимает риск и должен объяснить, почему не перешёл. «Нельзя» после 2035 года значит: в системах по стандартам NIST этого алгоритма больше нет.
Для самых чувствительных государственных систем США срок короче. Обмен ключами они должны перевести на постквантовые схемы к 31 декабря 2030 года, цифровые подписи — к 31 декабря 2031 года. Это внутренний график американского государства, не дата остановки биткоина.
Раньше NIST собирался просто запретить слабые по длине ключи с 1 января 2031 года. Из-за перехода на постквантовую криптографию срок раздвинули: сначала статус «устаревший», полный запрет в своих стандартах — после 2035 года.
Что такое ECDSA, EdDSA и RSA
Цифровая подпись доказывает, что перевод отправил владелец ключа и что сумму по дороге не подменили. Проверить её может кто угодно. Поставить — только тот, у кого есть секретный ключ.
ECDSA — подпись на эллиптической кривой. На ней работают обычные адреса биткоина и почти все кошельки Эфириума. Кривая этих сетей называется secp256k1. Когда кошелёк просит подтвердить перевод, он ставит подпись ECDSA.
EdDSA — близкий родственник, тоже кривая, другая формула. В быту это чаще всего Ed25519: им подписывают вход на сервер и голоса валидаторов во многих сетях. Для квантового компьютера разница между ECDSA и EdDSA не принципиальна. Обе схемы живут на эллиптических кривых.
RSA — схема 1970-х. Её стойкость упирается в то, что огромное число трудно разложить на множители. Переводы в блокчейне ею почти не подписывают. Зато на RSA до сих пор сидят часть старых сертификатов сайтов, почта и внутренние системы банков.
Ломает их не искусственный интеллект. ИИ выманивает уже готовый ключ или подсовывает поддельную программу. Календарь NIST от этого не защищает.
Ломает квантовый компьютер достаточной мощности, алгоритм Шора, опубликованный в 1994 году. Секретный ключ восстанавливается из публичного, который и так виден в сети после первой траты. Удлинять ключ на той же кривой бесполезно. Меняется сама математика.
Хеш, которым считается блок в биткоине, под этот удар не попадает так же. Речь о подписи: о праве потратить деньги и о праве подтвердить блок.
Есть и вторая разница, уже с шифрованием. Чужой трафик можно записать сегодня и расшифровать через годы, когда машина появится. Подпись задним числом так не подделывают. Подделать можно новую транзакцию с адреса, чей публичный ключ уже записан в блокчейне. У обычного кошелька ключ становится виден после первой исходящей транзакции. Адрес, с которого ни разу ничего не отправляли, для такой атаки пока бесполезен: снаружи виден только хеш ключа.
На замену NIST уже утвердил другие подписи. Для новых систем это ML-DSA, решётки, стандарт FIPS 204, и SLH-DSA, хеши, FIPS 205. Они больше. Подпись, которая сегодня занимает десятки байт, вырастает до нескольких килобайт. В блок того же размера помещается меньше транзакций. Поэтому сеть не включает новый алгоритм одной галочкой.
Схема SHRINCS, о которой писали как о «защите биткоина от квантовых атак», сюда не входит. Это черновик под биткоин: подписи от 548 до 4619 байт, часть схемы помнит состояние, и повтор одноразового ключа позволяет подделать подпись. Сами авторы в ноябре 2026 года пишут, что независимый аудит не пройден и на их анализ нельзя опираться при внедрении.
Что Сатоши описал ещё в 2010 году
Сатоши Накамото квантовую угрозу не проглядел. Алгоритм Шора старше биткоина на пятнадцать лет. В 2008–2010 годах не существовало сменной постквантовой подписи, пригодной для денег. Стандарты NIST для замены утверждены в 2024 году. ECDSA тогда была обычной крепкой подписью, а не ошибкой новичка.
14 июня 2010 года на BitcoinTalk, в теме про коллизии SHA-256, Сатоши написал: функция очень стойкая, это не шажок от MD5 к SHA-1, и без крупного прорыва она может прожить несколько десятилетий. Дальше два сценария.
Если хеш сломают внезапно, участники договариваются, какая цепочка была честной до сбоя, фиксируют её и продолжают уже с новой функцией.
Если слабость нарастает постепенно, в программу закладывают правило: после определённого номера блока новые блоки считаются новой функцией. К этой высоте все обновляют программу. Старые блоки программа заново хеширует новой функцией и хранит эти отпечатки, чтобы нельзя было подсунуть другой старый блок с тем же прежним хешем.
Номера блока в протоколе нет. «Определённый номер» значит номер, который выберут, когда угроза станет реальной. Халвинги и сегодняшняя высота сети к замене SHA-256 отношения не имеют. Замены не было и сейчас она не готовится.
10 июля 2010 года Сатоши отдельно описал подпись. Если её скомпрометируют внезапно, «может, разложением на множители, может, квантовыми компьютерами», согласовать последний честный блок уже бесполезно: право потратить монеты подделано. Если слом постепенный, обновлённая программа при первом запуске заново подписывает деньги более сильным алгоритмом. Делает она это транзакцией, которая отправляет монеты самому владельцу.
Само по сети это не случается. Биткоин не хранит чужие секретные ключи и не может переподписать чужие монеты. Сначала участники сети принимают программу, которая понимает новую подпись. Потом человек запускает её на своём кошельке. Программа собирает перевод на новый адрес, а разрешает его старый ключ. Кто кошелёк не откроет, тот остаётся на старой подписи. Холодный сейф, потерянный ключ и ранние монеты, которыми никто не пользуется, сеть сама не перенесёт.
Ранние выходы биткоина 2009–2011 годов, включая монеты самого Сатоши, устроены жёстче современных адресов: публичный ключ записан в блоке сразу, а не спрятан за хешем до первой траты. Эта часть старого кода к квантовой машине чувствительнее, чем адрес, с которого ещё ничего не отправляли.
Какие холодные карты новую подпись не поставят
Новая подпись ML-DSA-65, средний набор параметров из стандарта NIST, — это секретный ключ около 4 КБ и подпись около 3,3 КБ. Хранить столько умеет почти любой чип. Считать подпись обычной реализации нужно примерно 50 КБ рабочей памяти. Сопроцессоры платёжных чипов умеют AES, RSA и эллиптические кривые. Решёточной математики в них нет.
Список ниже не полный рынок. В нём только устройства, у которых в открытых документах виден либо заводской запрет на смену программы, либо оперативная память в единицы и полтора десятка килобайт. Безымянные карты на тех же чипах Samsung и NXP устроены так же, но без паспорта чипа имя в ряд не ставится.
Tangem, карта и кольцо. Прошивка после завода не меняется. В старых партиях чип Samsung S3D232A, 11 КБ оперативной памяти. В материалах Tangem 2026 года указан Samsung S3B512C: 512 КБ постоянной памяти и 18,5 КБ оперативной, из них 16 КБ под общие расчёты. Старшие чипы того же семейства отличаются объёмом постоянной памяти, не оперативной. Ключ влезет. Подпись на этом чипе не считается. Уже купленную карту новой прошивке не обучить: производитель так и задумал.
ELLIPAL X Card. Прошивка заблокирована на заводе. Производитель пишет, что обновлений карты нет. Чип сертифицирован по CC EAL6+, модель и объём памяти не опубликованы. Для проданной карты этого достаточно: новую подпись записать некуда.
Arculus, металлическая карта CompoSecure. Чип CC EAL6+, карта уходит с завода заблокированной, код на ней обновить нельзя. Модель чипа и память не опубликованы. Проданную карту новой подписи не научить.
Keycard, обычная закрытая карта. Чип NXP JCOP 4 P71. Постоянной памяти около 180 КБ, программе подписи доступно примерно 3 КБ оперативной. Криптография карты: AES, RSA и эллиптические кривые. Розничную карту запечатывают на производстве. Незапечатанная карта разработчика — другое изделие: туда свой код залить можно, памяти от этого не прибавляется.
CoolWallet S. Прошивку чипа обновлять можно. Чип NXP P5CD081, оперативной памяти 7,5 КБ, аппаратно AES, RSA и эллиптические кривые. Обновление программу заменит, память не вырастет.
CoolWallet Pro. В сводных спецификациях кошельков указан NXP J3R110, та же линейка Java-карт, что у Keycard. Сам CoolWallet объём памяти в техпаспорте не приводит. Если чип именно этот, считать новую подпись негде.
Ballet, Coinkite SATSCARD и Satodime. Это не чип, который подписывает. Чтобы потратить монеты, карту вскрывают и показывают сам ключ. Учиться новой подписи там нечему.
Satochip. Код апплета открытый, на незапечатанную карту его можно залить заново. Чипы NXP J3H145 и J3R110. Открытый текст программы не добавляет оперативной памяти. На этих картах её единицы килобайт.
SafePal S1, S1 Pro и X1 в этот ряд не ставятся. Прошивка у них обновляется файлом с сайта, по USB. До апреля 2025 года в устройствах был чип CC EAL5+, в новые партии ставят чип EAL6+, и старый чип прошивкой до нового уровня не поднимается. Модель микросхемы и объём оперативной памяти SafePal не опубликовал. Утверждать, что S1 или X1 новую подпись не потянут, из документов нельзя. Утверждать обратное тоже нельзя.
Ledger на чипах ST33, Trezor на отдельном микроконтроллере с сотнями килобайт памяти и ELLIPAL Titan с обновляемой прошивкой устроены иначе. У них путь через новую программу ещё открыт. Это не обещание, что производитель успеет. Это другое железо.
Что из этого следует
Для протокола биткоина и эфира календарь NIST — срок планирования, не выключатель. Старые подписи останутся в истории блоков. Новые ключи регулируемый посредник после 2035 года на ECDSA уже не захочет держать.
Для владельца карты с заблокированным чипом вывод жёсткий. Эта карта доживёт до старой подписи и сможет один раз её поставить, чтобы отправить монеты на адрес, который умеет новую. Хранить новый ключ она не сможет. Замены пластика по почте производитель не обещал.
Для индустрии порядок такой. До 2030 года новую подпись добавляют рядом со старой. С 2030 по 2035 год на неё переходят биржи, кастодианы и валидаторы. После 2035 года старая подпись остаётся в архиве блоков, а для нового ключа у того, кто живёт по стандартам NIST, она неприемлема.
Кто откроет кошелёк и подпишет переход, тот перенесёт свои монеты. Кто ключ потерял или карту, которая умеет только старую подпись, так и не сменит, тот останется на алгоритме, который NIST к тому времени уже выведет из своих стандартов.